DI Lestrade
Не люблю вспоминать самые ужасные дни жизни. Они печальны, они раздражают, от них тоска сводит душу. У нас нет возможности изменить те дни, не совершить ошибки прошлого, мы можем только попытаться забыть их. Но что это значит? Значит, что мы забудем себя, частичку своего прошлого. Я бы с радостью забыл тот день, тогда был не я. Однако он меня не отпускает. Они меня не отпускают: бесконечная боль, связанная с тем днём, и он, отец.
Самый ужасный день в моей жизни случился в первый год моей учёбы. Я оканчивал первый курс в академии, оставался один экзамен. Новость застала меня в кафетерии. Сидя в шумной компании, я и не заметил, как к нам подошёл Сэм Брайн. Он передал мне, что меня ждёт моя мать во дворе. Я улыбнулся друзьям и сказал, что скоро приду. Был очень рад приезду мамы. Она сообщила новость сквозь слёзы и трепет, мне пришлось её поддержать за локоть, пока мы шли до ближайшей скамейки. А я сам был просто раздавлен.
Кем был для меня отец? Всем. Это он привил мне основные качества хорошего полицейского: морали о добре и зле, ненависть, контроль своей ненависти, понимание происходящего и огромное упорство в любом деле.
Помню в детстве, он учил меня плавать. Ну как учил, бросил, как щенка, в бассейн. Я барахтался, выплёвывал воду, отец стоят надо мной, и его авторитет очень сильно на меня действовал. Я не хотел при нём позориться, я же мужчина. Кое-как мне удавалось держать себя на поверхности. Тут внезапно я почувствовал судорогу в левой ноге, что мои мышцы будто налились свинцом и не хотят слушаться, я шёл ко дну. Отец испуганно наклонился надо мной и кричал: «Дай свою руку! Держи меня за руку, сынок! Держи меня за руку!».
Прошло больше двадцати лет, но каждый раз перед годовщиной его смерти я просыпаюсь с криком: «Я держу тебя отец, держу, держи мою руку!», смотрю на поднятую к потолку руку и тяжело её опускаю.
В тот самый ужасный день у тебя была острая сердечная недостаточность. Ты умер быстро, как мне сказала мать. В тот самый день я забрался на наш с тобой чердак, вытащил из угла старое спортивное снаряжение, повис на перекладине и начал подтягиваться. Один, два, четыре, двадцать, двадцать пять, сорок, пятьдесят шесть. Я не помню, когда остановился. Я лишь рухнул на пол, мышцы так затекли и не хотели слушаться, как в в тот день. Это были мои самые горькие слёзы.
Ты бы мной гордился, я знаю. Мама недовольна моей холостяцкой жизнью. Я её не упрекаю. Но мне за сорок, и надежды и времени завести кого-то совсем нет. А мне и не нужно. Я там, где мы с тобой и мечтали. Я работаю на благо народа.
Скоро очередная годовщина твоей смерти. Сегодня на рассвете я снова проснулся с криком: «Отец, где ты? Дай свою руку! Держи меня за руку!»

Вопрос: Может инспектору стоит забыть тот день?
1. да 
14  (100%)
Всего: 14